Обычно, когда приходило время для формирования нового стиля, именно архитектор брал на себя ведущую роль. Здесь же оказался впереди живописец – француз Ж.Л. Давид. Из книг римского историка Тита Ливия он брал героические эпизоды из эпохи республиканского Рима и прославлял их в своих картинах («Клятва Горациев» 1784 и «Брут» 1789). Для достоверности изображения художник сначала выполнял рисунки с древних этрусских ваз, которые были найдены  в Италии при раскопках, а затем не скупился заказывать у известного парижского мебельщика  Ж. Жакоба предметы по собственным рисункам.

Жизнь художника Ж.Л. Давида была полна противоречий. Он принимал активное участие в первой французской революции, прославлял ее идеалы… однако после тяжелого внутреннего кризиса резко изменил свое мировоззрение и, как говорили про него – «сменил Цезаря на Брута», то есть стал чтить и славить Наполеона- императора так же,  как до этого – идеалы свободы.

Ж.Л.Давид стал знаменит и считался первым художником  Империи. Ему принадлежат многочисленные разработки и эскизы мебели; ему доверяли оформление интерьеров, бывало, что художник даже диктовал моду в одежде.

Знаменитая красавица Парижа мадам Рекамье удостоилась чести быть изображенной живописцем Ж.Л. Давидом. На портрете 1800 года она возлежит на оригинальной кушетке, изготовленной тем же Жакобом, в античной тунике. Рядом стоит торшер в стиле итальянской Помпеи. Эта картина стала настолько знаменита, что образовалась даже мода на стиль «рекамье». Похожий портрет этой дамы выполнил и ученик Давида – Ф. Жерар в 1802 году, но… император Наполеон, уверенный в своем могуществе, хотел еще больше великолепия и пышности. Его фаворитами в мире искусства стали архитекторы, учившиеся в Италии: Ш. Персье и П. Фонтен.

Эти художники занимались оформлением интерьера в таких знаменитых дворцах Франции как Фонтебло, Компьен, Лувр, Сен-Клу, Версаль и Тюильри. Они же построили на площади Карусель Триумфальную арку. Еще один скульптор, работавший в стиле ампир – Шоде, изобразил Наполеона в образе римского полководца Цезаря и водрузил статую на вершину Вандомской колонны. Будучи абсолютно уверенным в своей победе, Наполеон Бонапарт вез в Москву еще одну статую работы Шоде, чтобы установить ее в покоренном городе.

Обращаюсь к сказанному, нужно отметить, что в целом, в стиле ампир не было создано произведений, достойных занять место в числе «вечных».

Стиль ампир во Франции все-таки не стал основополагающим художественным стилем; его ограниченность не смогли преодолеть даже такие талантливые мастера архитектуры, как Персье и Фонтен. Было бы неправильным считать оценку их работ, которую сделал советский искусствовед И. Грабарь, назвав обоих «педантичными компиляторами, скучными и не слишком изобретательными в своих орнаментальных разводах». Не скудость таланта здесь причина; некоторая примитивность содержания и ограниченная идеология, подчиненная культу Наполеона, превратили ампир в подобие декорации и даже камуфляжа.